Лучше научиться говорить
"нет", чем выучить латынь.
Фондовые рынки делают много
разных вещей по многим различным причинам, но за каждым движением рынка стоит
общий элемент: человеческие эмоции, которые возбуждаются жадностью и страхом.
Я думаю, для нас важно изучать
текущий инвестиционный климат, дабы видеть, не может ли он помочь нам
определить, как может развиваться будущее. Если мы сможем получить хотя бы
намек, пусть он даже будет совсем маленьким, о том, что будет толкать цены акций
вверх или вниз, мы, по крайней мере, частично выиграем игру – частично станем
умнее, и окажемся впереди остальной массы инвесторов.
Я потратил на это немало
размышлений, изучал рынки прошлого и беседовал с управляющими фондами и
инвестиционными экспертами, с которыми познакомился за долгие годы. Из этого я
синтезировал то, что, как я думаю, является важной общей концепцией, которую мы
должны учитывать, рассматривая следующее восходящее движение фондового рынка.
Я думаю, что когда следующий
бычий рынок устремится вверх, произойдет следующее. Разочарованные, обиженные
инвесторы (люди, которые потеряли деньги или те, которые хотели бы сделать
деньги во время прошлого бычьего рынка) присоединятся к нему в количествах,
невиданных ранее.
Не думаю, что в какое-либо время
в истории человечества существовало больше людей, более интересующимися будущими
ценами акций, чем сейчас. Теперь инвестором быть не только популярно, но и
легко. В старые дни требовалось пройти определенное освящение, чтобы стать
инвестором. Вы должны были знать что-то – быть частью информированного
меньшинства. Брокерские фирмы были до некоторой степени недосягаемы для среднего
человека. Теперь это не так, ибо теперь вы можете торговать из любого места в
любое время. То, что когда-то было привилегией немногих, теперь имеет два
телевизионных канала.
Дело выглядит почти так, как
если бы мы от промышленной революции прошли через технологическую революцию к
революции инвестиционной. Революционеры вчерашнего дня стали инвесторами. Теперь
повседневный разговор фокусируется на фондовом рынке, а фондовые биржи
спонсируют спортивные соревнования, брокерские фирмы спонсируют турниры по
гольфу и тому подобное. Уолл-стрит пользуется такой же
популярностью, как "Макдоналдс"!
На подходах к рынку поднимается
приливная волна денег инвесторов, дожидаясь повода или причины для того, чтобы
купить акции, и ничто не делает инвесторов столь нетерпеливыми, как рынок,
который растет, в то время как они не имеют длинной позиции. В некоторый
критический момент они просто не смогут этого больше выносить. Восходящее
движение цен подтвердит начало бычьего рынка, и денежные шлюзы распахнутся.
Акции будут покупать в рекордных количествах. Это будет нечто потрясающе!
Объедините это, если желаете, с
базовой природой человечества, которая сводится к желанию иметь больше, быть
жадным, наслаждаться деньгами и хотеть работать ради этого. Публика видит
огромные суммы денег, которые можно сделать на фондовом рынке, и ее нельзя будет
сдержать. Огромное ралли Nasdaq и его многочисленные истории успеха, хотя многие
из них и обернулись неудачами, разожгли аппетит публики на акции. Публика больше
не находится в неведении относительно рынка. И хотя, действительно, сейчас она
находится вне поля деятельности, она готова собраться и вступить в игру.
Это может быть важным для вас,
маленького игрока: когда я начинал торговать акциями,
Wall Street Journal была
очень и очень нишевой газетой, обладавшей небольшим числом бесценных подписчиков
и еще меньшим количеством продаж в розницу на развале. Ее клиентами были брокеры
и инвесторы. Сравните эту ситуацию с сегодняшним днем, когда
Wall Street Journal продается
в продовольственных магазинах и газетных киосках по всему миру.
Wall Street Journal
увеличилась с 20 страниц до почти 100 страниц в день, удовлетворяя потребность
инвесторов в большем количестве рыночной информации.
Помимо всего этого мы имеем базу
инвесторов, которая теперь имеет деньги. Мы не наблюдали крупного экономического
спала почти 30 лет; таким образом, капитал наращивался. Будь-то пенсионные
фонды, банковские счета или взаимные фонды – теперь в обращении есть деньги,
больше, чем когда-либо ранее в истории человечества. А все, что требуется, чтобы
начать движение бычьего рынка – это деньги!
Мы знаем, история – это прошлое,
а прошлое никогда не повторяется точно. Однако общественное мнение полагает, что
будущее может и будет почти идентичным прошлому. Поэтому публика изучает
поведение цен некоторых избранных акций и видит, как жалкая инвестиция в 10 000
долларов могла превратиться в миллионы. Интерес публики разожжен. Она хочет
поучаствовать в этом действе и ворвется на следующий бычий рынок.
К сожалению, я не думаю, что она
окажется на нем в самом начале бычьего рынка. Так не бывает. Публика никогда не
покупает на основании рынка; она входит в середине, а затем становится объемным
покупателем на вершине рынка. Ну и ладно – потому что я собираюсь показать вам,
как использовать это к вашей выгоде.
Уроки прошлого
Первый урок прошлого, который,
похоже, публика усвоила, это то, что инвестирование в фондовый рынок может
создать огромное богатство, такое богатство, о котором люди мечтают – а жены
жалуются, если не имеют его. Это создает огромный потенциальный спрос на акции,
т.е. галлоны и галлоны топлива, которое будет подлито в огонь.
Хотя я не думаю, что эти
инвесторы будут покупать даже близко к минимуму рынка, они когда-нибудь вступят
в игру. Повышение цен акций создает лихорадку и среди публики, и среди
профессионалов. Итак, спросим себя, когда они вступят на рынок, то в какую игру
они захотят сыграть?
Ответ на это тоже можно узнать
из изучения прошлого. Некоторые из этих людей опытны. Они раз или другой
выходили на рынок и знают, что такое рост рынка и что такое падение рынка.
Менталитет публики, вне зависимости от того, как вы его измеряете, или как вы
его препарируете, изменился от восторга перед высокотехнологическими акциями
новой экономики до полного ужаса перед теми же выпусками.
Они видели, как гибли состояния,
когда высокотехнологические идеи рушились и выбрасывались на пустынный остров,
лишенный прибыли. Первоначально эта идея пустынного острова сводилась просто к
тому, чтобы найти какие-нибудь замечательные акции компании высокой технологии и
купить их, и, даже если вы находитесь на пустынным острове, к тому времени,
когда вас спасут, они сделают вам состояние. До сих пор еще бытует
представление, что такое может случиться, хотя инвесторы будущего, я думаю,
будут более разумны и менее склонны идти на большой риск.
Но когда-нибудь это изменится.
Вблизи вершины следующего бычьего рынка мы вновь увидим массивную покупку со
стороны публики, которая создаст мощную волну ценовой активности. Помните об
этом. Это произойдет. Но так же, как рынок начинает ралли, когда публика видит,
что тренд возобновил свое движение в верхнюю сторону, что игра возобновилась,
когда игроки будут входить на рынок в начале, они будут покупать
высококачественные акции, обладающие стоимостью, а не увлекаться спекулятивными
выпусками. Позвольте мне прояснить этот вопрос: позднее по ходу игры они
перенесут свое внимание на спекулятивные акции, причем незадолго до того, как
рынок обрушится. Снова на передний план выдвинутся акции "высокого полета", но
не тогда, когда о начале бычьего рынка становится известно публике.
А когда же? Вот что я писал в
первой версии этой книги в 2001 году. Так, как это было перед глазами тысяч
трейдеров и инвесторов:
Если я прав в этом, а я
думаю, что я прав (проверьте сами, однако), это означает, что акции, которые мы
нужно будет покупать на минимуме в октябре 2002, будут высококачественными
акциями, которые будут казаться привлекательными, а также безопасными, теплыми,
приятными и пушистыми публичному инвестору, который накупит акций достаточно,
чтобы загнать цены вверх, тем самым увеличивав нашу инвестиционную прибыль. Нам
следует заранее покупать акции, в которые устремятся все эти деньги публики. Вот
и все.
Что ж, 2002 год пришел и ушел.
Судите сами о правильности предсказания.
Я думаю, что фонды перенесут
свое внимание с рассказов и слухов о новой экономике на усилия найти хорошие
растущие компании. Это означает компании, имеющие прибыль, компании, которые
выплачивают дивиденды, компании, которые имеют здания и недвижимость, машины и
оборудование, работников и реальные физические активы, а не компьютеры, играющие
роль магазинов. И конечно, среди них будут акции компаний высоких технологий, у
которых дела идут хорошо, но, однако, большая часть прибыли инвесторов будет
поступать от испытанных, проверенных акций так называемой " старой экономики".
Компании с прибылью, ростом и
дивидендами и станут теми, которые будут процветать. Именно эти компании будет
стремиться покупать публика. И цены этих акций будет поднимать не только
публика. Взаимные фонды тоже усвоили этот урок.
Единственное условие, при
котором взаимный фонд может оставаться в бизнесе, это иметь некоторого рода
положительные результаты для своих акционеров. Нет положительных результатов,
нет акционеров – это основы математики взаимных фондов. Управляющие взаимными
фондами также стремятся двигаться по пути наименьшего сопротивления, как и все
мы. И когда они видят, что какой-то конкретный тип инвестиции лучше, чем другой,
они идут в этом направлении. Такова человеческая природа.
Теперь взглянем, как обстоят
дела у этих ребят. Проведенное мною исследование 25 фондов роста и дохода за
шесть месяцев, окончившихся в августе 2001 года, показали, что их результаты
были откровенно ничтожными. Лишь пять из 25 крупнейших
фондов показали прибыль в 2001 году.
Однако, если мы взглянем на 25
крупнейших фондов стоимости в то же время, все, кроме одного из них, показали
прибыль своим акционерам. Какое различие! Стоимость победила; рост – нет. Самым
трудным оказалось получить прибыль от акций роста.
То, насколько плохо идут дела у
фондов, отражает то, насколько они изменят свои инвестиционные стратегии. В июле
2001 года Lipper Inc.,
крупнейшая компания, ведущая учет деятельности взаимных фондов, сообщила
инвесторам, что 4 120 из 5 208 фондов акций Соединенных Штатов, которые она
отслеживала, потеряли деньги.
Это невероятная цифра. Она
означает, что почти 80% взаимных фондов в тот год понесли убытки. Они должны
будут изменить свою стратегию. Это почти неизбежно означает, что фонды эти не
имели иного выбора, кроме как инвестировать в высококачественные акции в данное
конкретное время в истории. Они также, точно так, как публика, войдут позднее по
ходу бычьего рынка в хищническое состояние и вернутся к плохой привычке покупать
на слухах и обещаниях будущего роста. Но сейчас на Уолл-стрит царит слово
"стоимость", представленная дивидендной прибылью и компаниями, которые
занимаются настоящим бизнесом.
Со спадом 2002 года фонды
справились ничуть не лучше. В декабре так называемые фонды роста понизились на
23,6%, а технологические фонды понизились на 39,5%, в то время как фонды
стоимости понесли убыток лишь в 15,8%. В целом взаимные фонды понизились на
25,6%, в то время как S&P 500 снизился лишь на 21,2%! Снова фонды, по своим
средним показателям, не смогли превзойти рынок. Вы сможете добиться большего, а
о том, как, вы узнаете в данной книге.
Вы отделываетесь малой кровью,
познавая этот урок через чтение книги. Сравните себя с теми ребятами, которые
основали IPO and New Era Fund в
августе 1999 года. Жизнь этого фонда началась распрекрасно: в первые три месяца
работы он вырос на 89%, используя порядка 10 миллионов долларов под управлением,
которое учредители смогли привлечь своей концепцией. Какой концепцией? Покупать
новые предложения и агрессивно покупать акции компаний высоких технологий. Одной
из их предположительно сильных сторон было то, что они находились в
Сан-Франциско, среди небоскребов, где они могли тщательно отслеживать денежные
махинации Силиконовой долины.
Этот фонд был предположительно
фондом новой породы. Чтобы показать, какими честными и открытыми они были, эти
ребята перечисляли все свои покупки на веб-сайте. Они пошли даже так далеко, что
установили веб-камеру в своей торговой комнате, предлагая инвесторам лично
наблюдать, что именно делают их трейдеры. Но вам ни к чему инвестировать в фонд,
чтобы следить и/или обсуждать позиции с управляющими или трейдерами фирмы.
Кое-какая польза от этого все же
была. В августе 2001 года ему пришлось прекратить свою деятельность, ибо фонд
потерял половину средств, находившихся под управлением, и был вынужден закрыть
заведение и вернуть то, что осталось владельцам.
Именно поэтому в 2003 году и в
несколько последующих лет главным на Уолл-стрит будет слово стоимость,
выраженная дивидендной прибылью и другими коэффициентами, о которых я вам
расскажу. Наша прибыль будет поступать от компаний, которые занимаются настоящим
бизнесом.
Эта тенденция будет с нами в
течение некоторого времени, а это заставляет меня полагать, что, как первым
покупателям нового бычьего рынка, нам нужно будет покупать то, что привлечет
этих людей. Мне, конечно, кажется очевидным, что они захотят покупать то, чем мы
уже будем владеть, по меньшей мере, если мы последуем совету, данному в этой
книге. Нашей целью является иметь хорошие акции долгосрочного роста, которые
соответствуют стандартам стоимости различных форм, описываемым в данной книге.
Головная боль и разбитые сердца,
вызванные лопнувшим пузырем Nasdaq, останутся в памяти инвесторов в течение
следующих трех-пяти лет. После этого они, скорее всего, забудут важность
постоянства; жадность и ревность снова овладеют ими, когда они увидят быстрый
взлет выпусков, которыми они не владеют. Именно это заставляет инвесторов
отказываться от здравого смысла, ибо гормоны жадности пересиливают вдумчивую
логику. Смотреть, как кто-то делает деньги, а вы нет, смотреть, как кто-то
обгоняет вас – это искушение худшего рода. Искушение,
которое заставляет эмоции пересиливать логику.
Мы находится в экономической
среде, полной набитыми деньгами инвесторами всех возрастов и профессий. Да, крах
1999-2002 годов был настоящим, и многие люди потеряли много денег. Но это были
бумажные деньги – бумажная прибыль. Были также люди, которые успели взять свою
прибыль, вышли из игры пораньше, и у них есть настоящие деньги. Падение
"обошлось" инвесторам в 6 триллионов долларов, но эти деньги испарились не
полностью. Значительная часть из них все еще здесь, в ожидании следующего
бычьего рынка. Эти деньги жгут им карманы. У людей этих наступил эффект похмелья
после спекулятивной прибыли Nasdaq, в которой они не участвовали или которую им
не удалось получить. Это динамичная комбинация, которая породит восходящее
движение акций стоимости.
Но это еще не все. Мы больше не
ограничиваемся одними лишь Соединенными Штатами. Фондовый рынок США стал главным
инвестиционным средством для людей из всех частей мира. Хотя Америка, может, и
потеряла часть своего влияния в смысле мирового господства, этого не произошло в
смысле экономической мощи. Конечно, у нас были свои "Энроны" и "Аделфии", но наш
фондовый рынок менее запятнан и регулируется более, чем любая другая биржа на
нашей маленькой планете. Объедините это с простым фактом: лучшие инвестиционные
возможности – идеи – по-прежнему разрабатываются здесь, в добрых старых
Соединенных Штатах Америки, и вы знаете, что впереди нас ждет великое будущее. В
2002 году бухгалтерские скандалы в корпорациях, возможно, запятнали наш образ,
но капитализм в США прозрачен более, чем практически в любом другом месте мира.
Деньги могли временно уйти из поля зрения министерства юстиции, но они вернутся.
Американский доллар является
эталоном, с помощью которого измеряются все остальные валюты. Из нашей страны
вышло больше великих идей бизнеса, чем из всех остальных вместе взятых. Мы
невероятно уникальны в том, что являемся одной из немногих стран мира, где
бизнес ведется не с помощью взяток. Да, у нас в Соединенных Штатах попадались
тухлые яйца, но они являются исключением, а не правилом. Дела здесь делаются
большей частью в открытую, что дает инвесторам возможность видеть, что
происходит на самом деле.
Рисунок 5.1.
Доллар США в 1986-2002 гг.
Обратите внимание, как доллар
США, показанный на Рисунке 5.1, вел себя в течение последних 17 лет. Он
находился в крутом нисходящем тренде с 1986 по 1995 год, хотя американская
экономика неслась вперед на всех парах. В настоящее время он произвел коррекцию
порядка 50% от бычьего рынка 1995-2001 годов. Американский доллар по-прежнему
царит в мире, и я не вижу никаких причин для изменения этого положения.
Мне доводилось жить в Европе и
на Ближнем Востоке, и я вел дела в Азии. И могу заверить вас, что то, как мы
делаем дела, это совсем не то, как ведется бизнес там. Корпоративные рейдеры и
критики не имеют ни малейшего понятия о том, насколько хорошо мы живем здесь, в
Америке.
Но представление об этом имеют
крупные зарубежные инвесторы. Это означает, что каждый раз, когда на рынках
акций в Соединенных Штатах появляется значительный бычий рынок, их деньги уходят
из дома и направляются к нашим берегам, на наш рынок, заставляя цены подниматься
еще выше. Европейская банковская система любит американские акции. Я считаю, что
для этого есть несколько причин; одна из них приводилась ранее, а другая
заключается в том, что рост корпоративной Америки основан более на бизнесе и
мотиве прибыли, чем консервативные европейские семейные связи.
В Азии финансовое сообщество
пронизано многосторонними деловыми отношениями и имеет больше ракурсов бизнеса,
чем Миннесота Фэтс когда-либо видел на
бильярдном столе. Инвесторы чувствуют себя спокойнее, зная, что американский
рынок более честен, чем их собственный.
В любое данное время где-то в
мире есть свергаемое правительство, или сбрасываемый режим, или экономическая
система или стратегия, которая разоряет страну. Такого в Соединенных Штатах не
было, и инвесторы не представляют себе, что это может быть даже самой отдаленной
возможностью. Эта концепция неотъемлема от понимания того, почему иностранные
инвесторы так любят наш фондовый рынок. Дело в том, что мы представляем
стабильность, рост и справедливые открытые корпоративные отношения.
Итак, в дополнение к тому, что
частные и взаимные фонды пришпорят следующий бычий рынок еще сильнее, я думаю,
что мы также получим кучу денег со всего остального мира, который будет
стремиться купить акции лучших американских корпораций. Если это произойдет, а я
думаю, что это так и будет, то мы можем очень точно предсказать тип акций,
которые они будут покупать. Они также усвоили урок погони за
высокотехнологичными акциями роста и акциями моментума и тому подобного товара.
На этот раз они будут охотиться за тем, что мы, надеюсь, уже успеем купить на
следующем крупном минимуме фондового рынка.
Если вам достаточно повезет
войти на рынок чуть раньше крупных фондов и иностранных денег, то вы получите
значительно большую прибыль, и гораздо быстрее, чем те, кто включится в игру и
вскочат на подножку поезда после того, как он отошел от станции.
Ключ к пониманию инвесторов
Не так-то трудно понять, что
будут делать инвесторы. У них очень сильная привычка смотреть в прошлое, чтобы
понять, что делать в будущем. Теперь они научились держаться в стороне от акций,
которые потерпели крах в прошлый раз; следовательно, технологические акции
избраны не будут.
Когда они смотрят в прошлое, то
сосредоточивают свое внимание на замечательных восходящих движениях, которые
совершили множество акций, таких, например, акций, как публикуемые по выбору
редакции журнала Worth.
Очень многие инвесторы по-прежнему владеют этими акциями, а другие обратят свое
внимание на акции, которые, по их мнению, раньше имели высокую цену и, значит,
повысятся снова.
Всю свою жизнь мы стараемся
покупать вещи дешево. Скидки привлекают нас – мы любим покупать то, цена на что,
по нашему мнению, занижена, хотя вещь и стоит дороже. И нигде это не находит
большего подтверждения, как на фондовом рынке. Инвесторов привлекают дешевые
акции, которые, по их мнению, совершат удивительные восходящие движения –
особенно если дешевая акция когда-то была дорогой.
Сценарий катастрофы
Соответственно, я хочу показать
вам сценарий катастрофы – простую графическую формацию, которая, как я убедился
на протяжении многих лет, является очень надежной. Честно говоря, я не делал
денег на этой закономерности, а использую ее для того, чтобы предотвратить
потерю денег, что не менее важно. Эту закономерность я впервые заметил у цен на
сахар в 1962 году.
Сахар совершил одно из тех
замечательных взлетов, которые начинаются с длительной базы, затем переходят в
прямой восходящий, все более нарастающий рынок. Делались состояния, и воцарилось
счастье. Казалось невозможным, что цены упадут.
Что, разумеется, они и сделали!
Вершина была сформирована резким падением рынка, а затем почти немедленным,
поразительным ралли. Но это ралли не подняло сахар до новых максимальных цен.
Оно почти немедленно сменилось еще одной волной распродажи, которая пробила
минимум последнего падения, от которого ралли началось.
Короче говоря, сахар имел
удивительное экспоненциальное восходящее движение, откат, а затем неудавшееся
ралли. Сахар продолжил снижаться в течение многих лет, с 1962 по 1973 год.
В середине 1960-х годов я снова
увидел ту же фигуру, на этот раз у цены одной из самых невероятно высоко
взлетевших акций той эры, Syntex.
И снова наблюдался экспоненциальный рост цены, откат и попытка ралли, а затем
пробитие минимума накануне ралли. И все закончилось.
Syntex больше не вернулась.
Однако инвесторы думали, что это не так. Компания по-прежнему продолжала
работать, производя те же продукты; однако цена акции оказалось настолько
переоцененной или настолько не соответствовала реальности, что высокие цены,
уплаченные инвесторами, остались в прошлом, которое никогда не вернулось.
Во многих случаях с такими
компаниями, как Hoe
& Co.
или KleerView
или
Astrodata в 1960-е годы, акции не только падали после появления
экспоненциального восходящего движения, но и компании выходили из бизнеса!
Кажется, будто цена может выдержать экспоненциальное движение лишь до
определенного момента, после чего спина корпоративного верблюда сломается на
долгое, долгое время.
Рисунок 5.2
Золото
Comex, 1976-1991 гг.
Другой ведущий пример,
показанный здесь (Рисунок 5.2) – это цена золота в 1978 году. И снова имело
место огромное экспоненциальное восходящее движение, типичный прорыв и ралли.
Золото никогда не вернулось на прежние высоты – ни в 1980 году, ни в 1982, ни в
1987; у него просто не осталось сил для движения. Проверьте также исторические
максимумы пшеницы (см. Рисунки 5.3 и 5.4). Я показываю множество примеров этой
фигуры, которые вы можете изучить (Рисунки 5.5-5.12).
Исторический пример этой
закономерности, "сделанный в Америке", произошел во время краха 1929 года,
который выглядит поразительно похожим на крах Nasdaq 1999-2000 годов (Рисунок
5.12). Смотрите, все повторяется: все время выскакивают проклятые годы,
оканчивающиеся на девятку и ноль – или падают, правильнее сказать.
Я думаю, что есть причина для
такой закономерности роста, отката и неудавшегося ралли. Дело главным образом в
том, что многие инвесторы покупают акции на их самом высоком уровне. Через
некоторое время они бросают надежду заработать на этих инвестициях и продают на
первом же попавшемся ралли, которое наблюдается на рынке этой акции или
фьючерса. Иными словами, мы имеем огромное количество избыточного предложения,
которое действует как тормоз для повышения цен акций. Ралли сталкиваются с
огромными дозами продажи, когда люди смиряются с судьбой и выходят из своих
длинных позиций. Взаимные фонды также вступают в игру в этом сценарии. Однако
большинство фондов уже сбрасывает свои акции к тому времени, когда цены
опускаются столь низко, поэтому причина чрезмерного предложения может крыться не
в них.
Рисунок 5.3
Пшеница, 1969-1987 гг.
Рисунок 5.4
Пшеница, 1990-2002 гг.
Рисунок 5.5
Сахар, 1973-1989 гг.
Рисунок 5.6
Сахар, 1979-1994 гг.
Рисунок 5.7 Соя
Рисунок 5.8
Платина
Рисунок 5.9 Овес
Рисунок 5.10 Кофе
Рисунок 5.11
Японская иена
Рисунок 5.12
Nasdaq
100 Index,
1998-2001 гг.
Однако люди никогда не прикасаются
снова к этим падшим ангелам. Институциональная поддержка, которую когда-то имели
эти акции, и которая загнала их цены столь высоко, больше не существует. Теперь
большие игроки не желают иметь с ними дело, ибо эти акции – позор для их
портфелей. Даже если вы знаете, что цены находятся достаточно низко, чтобы
представлять стоимость, никто не хочет иметь дело с неудачниками или акциями,
которые теперь воспринимаются как что-то позорное. Когда акция теряет
институциональную поддержку, публике очень трудно своими собственными силами
поднять цены на существенную величину. Эти акции продолжают оставаться
отстающими, вечно сползая вниз и переопределяя закон тяготения только в том, что
падают они с меньшей скоростью, чем раньше.
Это очень важная закономерность, и
я надеюсь, что она навеки запечатлится в ваших умах так, чтобы вы не обожглись,
купив эти акции, опасные, как падающий кинжал. Не поддавайтесь на уговоры купить
их со стороны какого-нибудь языкастого брокера, который будет петь вам, как
дорого они стоили когда-то. Все это осталось в прошлом. Не существует никаких
гарантий или даже признаков того, что высокие цены прошлого года станут причиной
высоких цен в будущем. Фактически, если мы рассмотрим этот аргумент (цены сейчас
находятся низко по сравнению с тем, где они были когда-то, поэтому они должны
подняться туда, где когда-то были), мы увидим, что он явно неправилен.
Проблема при описании
исключительно поведения цены заключается в том, что не уделяется внимание
прибыли, дивидендам, росту в рамках отрасли и тому, чем занимается компания. Мы
чрезмерно упрощаем логически рациональный процесс принятия разумных
инвестиционных решений, заявляя, что существует очевидная стоимость, потому что
цены низки относительно того уровня, где они когда-то были. Более важно в этой
ситуации то, что цены понизились по какой-то причине. Спина верблюда сломалась,
и такие перенапряженные рынки не возвращаются на прежние уровни ранее, чем через
6-12 лет. Нужно много времени, чтобы такие акции собрались с силами, отмыли свое
запятнанное имя, восстановили репутацию и снова смогли привлечь
институциональную поддержку на свою сторону.
Что ожидает Nasdaq в
будущем
После разорения Nasdaq инвесторы и
друзья часто спрашивают меня, что я думаю об этом рынке, подразумевая: "Когда
мои акции снова повысятся". Я предпочел бы не отвечать на этот вопрос, потому
что знаю, что они предпочитали бы не знать ответ. "Лучшей аналогией, – говорю я
им, – может быть Япония. Посмотрите, что с ней произошло." Я продолжаю:
"Посмотрите на долгосрочный график
Nikkei. Обратите внимание, как похож он на Nasdaq. Видите, как на нем
произошел экспоненциальный рост в 1989 году (заметьте, что здесь тоже
повторяется закономерность девятого года из десяти). Ну, разве не похоже это на
то, как выглядит Nasdaq?" – спрашиваю я.
Примерно в этот момент у них
отваливаются челюсти; затем они говорят: "Да, это восходящее движение очень
похоже на другое, но ведь то было 14 лет назад. Вы хотите сказать, что именно
это произойдет с моими акциями?"
"Вероятно, – говорю я, пытаясь
избежать продолжения беседы, – особенно если компании, в которые вы
инвестировали, не имеют прибыли, или цены акций по сравнению с прибылью компании
относительно высоки".
Именно в этот момент они начинают
что-то бормотать о том, что это растущие компании, им принадлежит будущее, и что
они когда-нибудь вернуться на свои былые высоты – что эти компании никогда не
выйдут из бизнеса.
Я качаю головой,
давая им последний совет: "Смиритесь с правдой – эти неудачники никогда не
вернутся.
Nikkei,
золото и сырьевые товары – это та модель, которую вам следует изучать".
.
О Компании
EURUSD
USDCHF
